Афганський щоденник

Олекса Білобров

письменник і публіцист

19 грудня

Долина смерті - ущелина Хазар

Вилізаю з авто, озираюсь. Картинка шантажно-демонстративна–ми оточені геть недружнім натовпом, не треба бути провідним фізіономістом, аби прочитати настрій кошлатих дехкан, які обступили групу. Неподалік труться молодики, під широким одягом знов-таки – абриси зброї. Тихо і непомітно, як коти, макосії заходять за спину, проте бойове минуле швидко повертає у дійсність – з нами таке не проходить. Крутимося у натовпі, доки не вишикуємося у каре, спина до спини. Невесело... Виручив Хашматулла, наш одесит.
-Шановний! – звертається він до „фахівця з безпеки”, котрий нещодавно запитував за нас ціну. - Ми приїхали до вас у гості. Нас послали матері тих шураві, що загинули тут, у Хазарі, 25 років тому. Нам потрібна ваша земля на їхні могилки...

- Хуб (добре)! – чомусь миттєво реагує візаві. ( Read more... )

Русские вернулись в Афганистан... в униформе НАТО

1 / 1В полный размер

Мария Головнина

ОКРЕСТНОСТИ КАБУЛА, Афганистан (Рейтер) - Через 20 лет после того, как последний советский солдат покинул афганскую землю, русские вновь вернулись в Афганистан. Теперь в форме армий Североатлантического альянса.

Сидя во французской патрульной машине, Алексей улыбается, объясняя, почему он уехал из России и сейчас воюет в Афганистане.

"Мой отец был тут в 1980-х. Отец воевал в Кандагаре", - вспоминает он времена своего советского детства.

Сейчас Алексей служит во французском Иностранном Легионе, набирающемся из добровольцев любого происхождения. Легион, существующий с 19 века, считается элитным формированием французской армии и одним из наиболее боеспособных соединений в мире.

В Афганистане в составе коалиционной группировки под руководством НАТО воюют около 800 легионеров.

( Read more... )

Музыкальный плеер iPod, прикрепленный к бронижилету американского солдата в афганской провинции Вардак 11 июля 2009 года. REUTERS/Shamil Zhumatov

После ухода янки Сайгон был переименован в Хошимин. Здесь на Vo Van Tan Street располагается Музей войны. Как и любой другой музей, построенный в коммунистической стране, он мало отличим по духу и наполнению от военных музеев Новороссийска, Севастополя или Бреста. Экспозиция: трофейная техника, захваченная у бежавшего врага, его смертоносное оружие и фотографии, ярко иллюстрирующие его, в данном случае американцев, зверства.

Огромные лопасти потолочных вентиляторов гоняют влажный липкий воздух выставочного зала. Пожилой американец с бородой как у Санта Клауса и едва доходящая ему до пояса старая вьетнамка здесь могут стоять часами возле одной фотографии. Каждый из них будет видеть свое: он – перепуганного мальченку-солдата, она – беременную сестру, избиваемую прикладами. Oh boy, - вздохнет он. Она всхлипнет и пустит слезу в свой уже мокрый платок.

Победители здесь не демонстрируют гордость победы. Проигравшим здесь стыдно: американцы, никогда и нигде не отказывающие себе в раскованности, в этом месте ведут себя особенно сдержанно и тихо. Но я не о том.

Один из залов музея отдан исключительно фронтовым фотографиям. А в самом конце экспозиции перечислены имена погибших репортеров – сотня без малого, если мне память не изменяет. Вот тут только часть из них.

Они снимали ребят, для которых это фото оказывалось последним в их жизни. Жизнь самих фотографов была, чаще всего, не намного длиннее их персонажей. Рядовой John Wilson стараниями Larry Burrows украсил обложку LIFE, а через 12 дней погиб. Сам Larry, после своего шокирующего репортажа о жизни вертолетчиков «Yankee Papa 13», отправившись во второй рейс тоже из него не вернулся.

«If your picture aren’t good enough, you aren’t close enough» – говорил фронтовой фотограф Robert Capa. Это было рецептом хорошего снимка…убойного снимка.

До $900 миллиардов возрастет общая сумма ассигнований на военные действия в Ираке и Афганистане, если Сенат и Палата представителей США отправят на подпись президенту страны законопроект о выделении дополнительно $91,3 миллиарда, пишет Рейтер. Это вам не колбасу у солдатиков пиздить, как уверяет Тимоха.

Soldier Zachary Boyd caught fighting Taleban in pink underpants

Как черножопую чурку, проведшую треть жизни в Средней Азии, меня до сих пор смущает обычаи славян отмечать даже самые светлые религиозные праздники бурным возлиянием. Оральный салют из винегрета в честь Рождества Христова или праздничное омовение в луже собственной мочи по случаю Воскресения сына Божьего, у большей части населения, по крайней мере моего дома, считается основным индикатором качественно проведенного религиозного ивента.